В собрании семьи наследников Николая Прокопьевича Михолапа сохранилась небольшая, но очень визуально интересная коллекция фарфоровых изделий. В 1940-е – 1950-е годы Николай Прокопьевич, специалист по керамике, ученик школы Штиглица в Петербурге и преподаватель отделения керамики в Витебском художественном техникуме, был консультантом на открывшемся Минском
фарфорово-фаянсовом заводе, не будучи в его штате. Он обучал лепке и формовке молодых специалистов, радея за скорейшее открытие завода. Художник и сам, увлëкшись творческими задачами, много работал для себя над формами ваз – как триумфальных и декоративных, так и бытовых для домашнего обихода. Он работал в собственном стиле, как и до войны, постепенно выработав свою концепцию национальных образов, предлагал мотивы древних и современных классических и народных узоров, создав целую серию – своеобразную сюиту из белорусских «брендов» – вазы «Бульба», «Лянок», «Кукуруза», «Голубика», «Струмень». Николай Прокопьевич сказал своë прочувствованное лирическое слово о Беларуси, о еë природе, тонко подобрав соответствующую случаю колористику: прозрачные, почти акварельные краски передают и неброскую прелесть летнего дня, и покой на полях, и вечерние туманные сумерки, и загадочные топи болот. Художник искал различные варианты тональности, с увлечением экспериментируя в разнообразных состояниях. Михолап на редкость постоянен в своих привязанностях в воспевании радостей и поэзии мирной жизни. При этом надо учитывать технические ограничения молодого минского завода, к которым мастер вынужден был приспосабливать свой стиль.
Сам автор не называл свои произведения и не выставлял их на выставках, так что зритель увидит их впервые. Названия вазам тонко и поэтично даны правнучкой художника – кандидатом исторических наук Анастасией Скепьян.
Формы этих ваз – простые, незамысловатые, плавные, текучие и обаятельные, тëплые на ощупь, поистине белорусские. Михолап экспериментировал с глазурями, добиваясь их натурального природного звучания, темно-зелëного цвета жухлой травы, нежно-голубого, таинственного болотного. В некоторых он обгоняет время, развивая неприсущие ему ранее традиции постмодернизма. Особенно хороша ваза «Лянок», напоминающая снопок льна, перевязанного у основания жгутом и стеблями зелëно-голубого цвета, тянущегося в высоту к голубым цветочкам. Форма вазы «Кукуруза» отсылает к традициям европейского фарфора в индивидуальной михолаповской транскрипции.
Художник-керамист любил кобальты и различные оттенки синего, шарообразные формы сосудов без узоров с налепами. Такой минимализм был нов даже для продвинутых 1960-х.
Оригинальная экспериментальная керамика Михолапа знаменует собой поиски подлинно белорусского национального авторского стиля и наиболее адекватно и полно выражает его.
Выставка «Ритмы десятилетий: фарфор Николая Михолапа из семейной коллекции» организована в рамках круглого стола, посвящëнного 140-летию со дня рождения первого директора музея, художника-керамиста Николая Прокопьевича Михолапа (1886–1979).
