К вопросу об определении народного направления в живописи Беларуси XVII–XVIII вв.

Политическая, религиозная и культурная политика Великого княжества Литовского, входившего в состав Речи Посполитой, оказывала сильнейшее влияние на развитие национальной живописной школы Беларуси. Активная пропаганда тенденций западноевропейского религиозного искусства, проводимая католической церковью, орденами и знатью с одной стороны, и стремление работать в рамках православных канонов с другой являются важнейшими направляющими на этом пути. Но нельзя исключать проявления черт народной культуры, которые являются предметом данного исследования.

В процессе изучения материала стало очевидно, что общность и частота проявлений черт народной культуры в живописи Беларуси XVII–XVIII вв. формируются в активно развивающуюся тенденцию. Что позволяет подвести это явление под определение «народное направление».

В «Толковом словаре живого великорусского языка» В.И. Даля слово «народное» понимается как имеющее отношение к народу или выражающее народные вкусы, мировоззрение и пр. В своей книге «Искусство и картина мира» [1] авторы В.С. Жидков и К.Б. Соколов выделяют несколько значений, в которых можно употреблять это понятие:

1. Искусствоведческий – наиболее распространен в литературоведении и искусствоведении и по содержанию близок к понятию народности искусства. Под последним понимается отношение к фольклору профессионального искусства и степень отражения в нем содержания и традиций народного поэтического творчества; мера органичности связи искусства с жизнью народа.

2. Этнографический. В этнографической науке применяется в связи с понятием «культура» («народная культура»), а также с отдельными ее комментариями («народный» костюм, «народные» обычаи).

3. Аксиологический. Здесь «народная» культура выступает как культура «низов» – непривилегированных классов и слоев сельского и городского населения – в противоположность культуре «верхов». <…> Попытку понять его содержание блокирует неясность ключевого понятия – «народ». Оно определяется как «население страны, государства» или же «связанная одинаковым происхождением и языком культурно-историческая общность людей» [1, с. 323].

В контексте изучения живописи Беларуси XVII–XVIII веков понятие «народное» применимо в большей степени в искусствоведческом смысле, но нельзя не учитывать как этнографического, так и аксиологического значений, т.к. в белорусских иконах очень часто можно увидеть отражение народного костюма, народных обычаев, что соответствовало вкусам непривилегированных слоев населения.

Понятие «направление» в «Словаре русского языка» под редакцией А.П. Евгеньевой [5] определяется как: 1. Действие по значению глагола – направить – направлять. 2. Линия движения чего-либо. 3. Путь развития какого-либо действия, явления и т.п. 4. Общественное, научное и т.п. течение. [5, с. 383].

В Словаре «Культура и культурология» [2] направление проходит как «понятие, обозначающие принципиальную общность художественных явлений на протяжении определенного времени. Направление обычно рассматривается как категория, охватывающая единство мировосприятия, эстетических взглядов, путей отображения жизни и связанная со своеобразным художественным стилем (например, классицизм, романтизм, натурализм, символизм, реализм)» [2, с. 618–619].

Исходя из вышеизложенного, понятие «народное направление» можно определить как эстетическую категорию, вмещающую в себя те художественные процессы, которые отражают народный опыт познания Бога, понимание устройства мира, традиции, обряды и вкусы в изобразительном искусстве Беларуси XVII–XVIII вв. Данная категория является составляющей стиля барокко на землях Беларуси и характеризует одну из его национальных особенностей.

По мнению украинского исследователя Д.С. Наливайко, направление является историко-типологическим образованием, которое, как основная категория художественного процесса, охватывает различные его уровни и аспекты. «Это заданная исторической эпохой целостность функционально взаимосвязанных и взаимодействующих компонентов» [4, с. 348]. И дальше, «…всем им (направлениям – Я.П.) свойствен и некий круг преобладающих содержательных интересов и ориентаций, широкий и в то же время не лишенный внутренней целостности проблемно-тематический комплекс, а на уровне формальном – определенное эстетико-художественное единство, характеризующееся некими общими принципами в выборе художественных средств, форм и приемов, их специфической функциональной взаимосвязанностью и взаимозависимостью» [4, с. 349]. Н.А. Ястребова в своей монографии «Формирование эстетического идеала и искусство», рассуждая о специфике направления, сравнивает это понятие с неким «ядром» или «духовным ансамблем», который выражает «умонастроение эпохи» [7, с.11]. Эти определения как нельзя лучше подходят к пониманию и трактовке тех процессов, которые происходили в изобразительном искусстве Беларуси означенного периода.

Народная культура, имея в своей основе многовековую языческую традицию, играет важнейшую роль в развитии национального искусства. Это та всеобъемлющая доминанта, которая определяет менталитет нации, представляет ее внешний и внутренний космос сознания. Именно на базе народной культуры возникает «высокое» искусство с его разностилистической направленностью, постоянным процессом совершенствования и стремлением к созданию новых художественных форм. Каждый художник, будь то цеховой мастер или высокопрофессиональный живописец, является представителем той самой народной культуры, которая подпитывает его творческое мышление и обеспечивает поток взаимовлияния народного и профессионального искусства. Именно ее проявления в иконописи, портретной живописи и придают удивительный национальный колорит белорусскому изобразительному искусству.

Систематизируя проявления народной культуры как направление в живописи Беларуси XVII–XVIII вв., мы пришли к выводу, что их можно разделить на модели, используя «примерную классификацию первичных моделей художественного стиля» А.Ф. Лосева [3, с. 238]. Первичная модель, по Лосеву, это та или иная композиционная схема, в которой выражен первичный принцип конструирования самого художественного произведения [3, с. 225]. Таким образом, изображения народного костюма, домашней и церковной утвари, мебели и тканей в иконах XVII–XVIII вв. будут классифицироваться как модели из предметно-бытовой среды. Близость образного лада в белорусских иконах «Архангел Михаил» магнатским портретам – это модель из «социально-видовой» [6, с.106] среды, равно как и образ повитухи в иконах «Рождество Богоматери». Наличие элементов пейзажа в белорусских иконах – это модель из ландшафтно-урбанистической среды. Эти первичные модели можно включить в «онтологическую классификацию моделей», поскольку они взяты из характерного для Беларуси XVII–XVIII вв. «понимания бытия и жизни, взятых в целом» [3, с. 247] и способствуют постижению первообраза, т.е. горнего мира. Подобное понимание структуры иконописного произведения касается как формальной, так и смысловой его стороны.

Первичный принцип конструирования иконописного произведения в Беларуси XVII–XVIII вв. отражен в Таблице 1, где центральную базу составляет само иконописное произведение, на создание которого влияет верхняя база – первообраз (горний мир). Равноудалены друг от друга три базы дольнего мира: модель из предметно-бытовой среды, модель из социально-видовой среды и модель из ландшафтно-урбанистической среды, в той или иной степени они являются составляющими народной культуры. Эти три базы также имеют влияние на творение иконообраза, т.к. представляют собой опыт познания мира мастера, необходимый для создания иконописного произведения.

Следует отметить, что модель из социально-видовой среды, упоминаемая в контексте создания иконописного произведения, теснейшим образом перекликается с портретной живописью Беларуси означенного периода. Обусловлено это тем, что те же цеховые живописцы работали как над созданием икон, так и выполняли заказы на написание портретов для фамильных галерей знати. Довольно часто писались копии с работ профессиональных придворных живописцев, что обеспечивало наработку определенных навыков и приемов, используемых в светском искусстве. Это позволило привнести некоторую долю эстетико-гуманистической традиции западноевропейского портрета, с ее вниманием к индивидуальности и значимости модели.

Однако, в тех случаях, когда местным мастером писался посмертный портрет, в работу над произведением включалось и его религиозное мышление, базирующееся на представлении об иерархии и устройстве горнего мира. Нельзя в данном случае забывать и о влиянии народной культуры с ее «… иным типом художественных представлений, другом восприятии цветовой плоскости, линии, орнамента как сильнейшего изобразительного принципа, словом об иной структуре живописного образа» [6, с.178]. Именно эта близость к народной культуре, и, характерная для последней, привязанность к своеобразному канону в подаче модели позволила сохранить такое явление в живописи Беларуси XVII–XVIII вв., как сарматский портрет.

Первичный принцип конструирования портретного образа в живописи Беларуси XVII–XVIII вв. отображен в Таблице 2, в которой первичной моделью является совокупность правил, норм и потребностей, характерных для того или иного общества, объединенных понятием традиция. Центральную базу составляет портретный образ в живописи Беларуси XVII–XVIII вв., на создание, которого влияет  верхняя база – эстетико-гуманистическая традиция западноевропейского портрета. Под этой формулировкой следует понимать те главенствующие принципы формирования портретного образа, которые сложились в эпоху Возрождения в западноевропейском искусстве и стали своеобразным эталоном для развития данного жанра в странах Восточной Европы.

Равноудалены друг от друга три базы, которые можно объединить в сферу местного влияния на создание портретного образа: это местная общественно-идеологическая традиция, традиция народной культуры и традиция религиозного искусства. Если верхняя база таблицы дает изначальную установку на формирование портретного искусства на землях Беларуси, то три нижние вырабатывают концепцию, как подачи, так и восприятия модели в контексте существующих потребностей общества, которые обусловлены местными эстетическими, духовными и мемориальными традициями. Под местной общественно-идеологической традицией следует понимать идеологию сарматизма, бытовавшую на землях Речи Посполитой вплоть до XIX в.

Таким образом, мы вплотную подошли к первичному принципу конструирования произведений станковой живописи Беларуси XVII–XVIII вв., который отображен в Таблице 3.

Две верхние базы таблицы отражают изначальную творческую установку, которая была первичным образцом для развития иконописных и портретных произведений в живописи Беларуси XVII–XVIII вв. Собственно говоря, последние являются следующими составляющими таблицы, центром концепции. Находясь на одном уровне, они тесно связаны в своем развитии взаимовлиянием друг на друга. Невозможно представить первичный принцип конструирования живописного произведения, не учитывая колоссальной роли местной общественно-идеологической традиции (сарматизм), которая влияла на светскую и через нее на религиозную живопись. Собственно, приверженность белорусских изографов к отражению в иконах национального колорита (народный костюм), фрагментов быта и пр. по своей сути близка консерватизму сарматского портрета. Она является устойчивой формой изображения, а не случайным явлением, и наиболее полно раскрывается в иконописи Беларуси фактически до XIX в., т.е. существует в эпоху сарматизма.

Нижняя база таблицы – это фактор влияния традиции народной культуры, которая влияет на формирование и развитие иконописного произведения, живописного портрета XVII–XVIII вв., а также представляет собой важнейшую составляющую, без которой не смогла развиться идеология сарматизма. В данном случае понятие «народная культура» выступает в своем аксиологическом контексте, однако не в узком понятии «культура низов» в противовес «культуре верхов», а более широком – связанная с одинаковым происхождением и языком культурно-исторической общности людей [1, с. 323].

Из вышеизложенного вытекают следующие выводы:

1) понятие «народное направление» определяется как эстетическая категория;

2)    понятие «народное направление» включает в себя ряд первичных моделей, которые находятся между собой в тесном взаимодействии; 

3)    первичные модели являются важнейшими составляющими первичного конструирования произведения станковой живописи Беларуси XVII–XVIII вв., что подробно отражено в Таблицах 1–3;

4)    понятие «народное направление» как эстетическая категория является составляющей стиля барокко на землях Беларуси и характеризует одну из его национальных особенностей.

 

Литература

1.     Жидков, В.С., Соколов, К.Б. Искусство и картина мира / Владимир Жидков, Константин Соколов. – Санкт-Петербург: Алетейя, 2003. – 464 с.

2.     Культура и культурология: Словарь [Сост. и ред. А.И. Кравченко]. – Москва: Академический проект; Екатеринбург: Деловая книга, 2003. – 928 с.; “Summa”, “Наби”, “Народная культура”. С. 618–619.

3.     Лосев, А.Ф. Проблема художественного стиля / Алексей Лосев. – Киев: Collegium, Киевская Академия Евробизнеса, 1994. – 288 с.

4.     Наливайко, Д.С. Искусство: направления, течения, стили / Дмитрий Наливайко. – Киев: Мистецтво, 1985. – 365 с.

5.     Словарь русского языка: В 4-х т. [АН СССР, Ин-т рус. яз.; под ред. А.П. Евгеньевой. – 3-е изд., стереотип]. – Москва: Русский язык, 1985–1988. Т.2. К-О. 1986. – 736 с.

6.     Тананаева, Л.И. Сарматский портрет: Из истории польского портрета эпохи барокко / Лидия Тананаева. – Москва: Наука, 1979. – 304 с.: ил.

7.     Ястребова, Н.А. Формирование эстетического идеала и искусство / Н. Ястребова. – Москва: Наука, 1976. – 294 с.

Яницкая П.А.

публикуется по материалам научно-информационного издания "Сообщения Национального художественного музея Республики Беларусь", выпуск 7.  Мн., "Белпринт", 2008, стр. 179–187.

При использовании материалов ссылка на сайт и издание ОБЯЗАТЕЛЬНА

частые вопросы
Где я могу припарковать автомобиль?

Ближайшие парковочные места находятся вдоль ул. Карла Маркса (парковка платная).

Есть ли в музее wi-fi?

Да, на первом этаже главного корпуса можно подключиться к бесплатному wi-fi, точка доступа Artmuseum.by free wi-fi 

Можно ли находиться в музее в верхней одежде?

Правила посещения музея не предусматривают посещение экспозиции в верхней одежде. Ее необходимо оставить в гардеробе.

С какими вещами находиться в музейных залах нельзя?

Все габаритные сумки, рюкзаки, пакеты, зонты необходимо сдать в гардероб или оставить в камере хранения. Бутылки с водой проносить на экспозицию нельзя, пить воду можно в вестибюле или музейном кафе на первом этаже.

Можно ли посещать экспозицию музея с детской коляской?

Да, мы рады посетителям возрастной категории 0+. Обратите внимание на то, что на первом этаже музея расположено только 5 выставочных залов. Для того чтобы посетить другие – необходимо подняться по лестнице.

Новый корпус – это где?

Новый корпус – все то же здание по ул. Ленина, 20. Попасть в экспозиции нового корпуса можно через главный вход в музей. В залах русского искусства есть переход в новые залы, которые были пристроены к основному зданию в 2006 году.

Есть ли в музее лифт?

К сожалению, в музее нет лифта. Главное здание музея было построено в 1957 году, и лифт не был предусмотрен в архитектурном проекте.

Какие условия созданы для посещения людьми с ограниченными возможностями?

Для беспрепятственного изучения экспозиции верхних этажей в музее есть специальный подъемник. Если он необходим для Вашего визита в музей, пожалуйста, свяжитесь с администратором экскурсионного бюро по городскому номеру: 397-01-63 либо 342-87-87.

В экспозиции нового корпуса находятся специальные картины и скульптуры для тактильного изучения, оснащенные звуковой записью с подробным описанием произведений.

Существует ли в музее день бесплатного посещения?

Последняя среда месяца – день льготного посещения. Входной билет в последнюю среду каждого месяца составляет 4 руб. для взрослых, 2 руб. для школьников и студентов дневной формы обучения.

Есть ли скидки на приобретение входного билета для пенсионеров?

К сожалению, льготы для людей пенсионного возраста в музее не предусмотрены.

Есть ли в музее аудиогид?

Услуга аудиогида оплачивается при посещении в сувенирном киоске музея. Аудиогиды по постоянной экспозиции музея доступны на белорусском, русском, английском и китайском языках.

Как мне попасть на экскурсию?

В экскурсионном бюро производится запись организованных групп от пяти человек и индивидуальных экскурсий (групп до пяти человек).

Записываться необходимо как минимум за неделю до предполагаемого визита по городскому телефону: 397-01-63. В рамках акций и специальных мероприятий музей нередко устраивает сборные экскурсии по входному билету в музей.

Подробная афиша всех событий публикуется в разделе «Новости».